Китай закрывает ИИ - «Компьютеры и интернет»

Пекин хочет ограничить доступ к своим нейросетям для других стран. Российский бизнес призвали готовиться к работе без нейросетей Китая.Наступает новая эра в развитии искусственного интеллекта. Власти КНР обсуждают ограничение зарубежного доступа к своим самым продвинутым ИИ-моделям. Предполагаемый запрет будет касаться новых разработок и обновлений, которые еще не вышли. По данным Reuters, министерство коммерции КНР провело серию встреч с Alibaba, ByteDance и Z.ai, где обсуждались различные варианты ограничений: от лицензирования до полного запрета публичного релиза наиболее мощных систем. Окончательный вердикт пока не вынесен. «Газета.Ru» выяснила у специалистов, чем обсуждаемый запрет может обернуться для России. Что именно обсуждают в Пекине В центре дискуссии, которую инициировали власти Китая, – предстоящие ограничения для закрытых и открытых моделей ИИ. Например, утечку за рубеж проприетарных (закрытых для свободного использования) технологий предлагают приравнять к преступлению против национальной безопасности. Кроме того, власти намерены существенно сузить круг инвесторов, которым будет разрешено вкладывать средства в китайские AI-стартапы. Судя по утечкам после организованного в мае круглого стола китайских юристов, наиболее вероятен сценарий, который учитывает уровень возможностей разных ИИ-моделей. Базовые open-source инструменты попадут под простую регистрацию, продвинутые – ждет тщательная проверка на безопасность. А вот самые сильные и современные нейросети останутся только для внутреннего рынка. Все это часть более широкой картины: ранее в этом году китайские власти заставили Meta (признана в России экстремистской и запрещена) отменить покупку стартапа Manus – разработчика AI-агентов, базировавшегося в Сингапуре, но китайского по происхождению. Стоимость несостоявшейся сделки составила два млрд долларов. История с Китаем – часть общего разворота рынка ИИ. В июне США ограничили иностранцам доступ к передовым моделям Anthropic Fable и Mythos. Fable потом восстановили, а Mythos, предназначенный для специалистов по кибербезопасности, до сих пор доступен только избранным «доверенным» организациям США. Параллельно среди самих разработчиков растет раздражение по поводу так называемой «дистилляции». Anthropic обвиняет китайские лаборатории в заимствовании возможностей Claude, а Alibaba в ответ запретила сотрудникам использовать Claude Code на работе. Что это значит для российского рынка Часть российских AI-продуктов и пайплайнов, решений для автоматизации процессов, построена поверх открытых базовых моделей из Китая. DeepSeek и Qwen сейчас очень популярны среди российских разработчиков. По мнению экспертов, вероятный сценарий, к которому надо готовиться – это не полное закрытие, а появление многоуровневой системы, когда старые версии остаются доступны, а самые сильные новые релизы достаются избранным. По оценке Александра Громова, директора по развитию бизнеса компании Data Light, в горизонте ближайших 6–12 месяцев для российских компаний, скорее всего, ничего драматически не изменится: open-source модели, которые уже скачаны и запущены локально, продолжат работать и давать бизнес-эффект. Как отмечает Сергей Миневич, соучредитель и исполнительный директор ООО «Бергер» (ServerICT), по сути мы наблюдаем формирование двух замкнутых AI-экосистем – сначала США ограничили доступ к своим передовым моделям, теперь в ту же сторону движется и Китай. «Для российского рынка это создает двойной риск, – говорит Сергей Миневич. – С одной стороны, американские модели и так труднодоступны из-за санкций. С другой – если Китай закроет свои open-source модели (а Qwen уже перестал выкладывать флагманские версии), Россия может оказаться в ситуации, когда ни западный, ни восточный стек недоступен в полном объеме». Что делать компаниям «Компаниям, которые строили инфраструктуру на open-source моделях, сейчас важно не паниковать, а трезво оценить зависимости, – говорит Александр Громов из Data Light. – Что уже работает локально, какие модели критичны для продукта, есть ли альтернативы и нужно ли параллельно инвестировать в российские модели или собственную донастройку». Громов напоминает, что Россия – «по факту третья страна в мире по разработке по-настоящему фундаментальных моделей: не адаптаций и не надстроек над чужими решениями, а собственных архитектур, обученных с нуля, – так что вопрос скорее в темпе и масштабировании, а не в наличии самой компетенции». На практике в России этот путь по-разному проходят два основных разработчика: Сбер обучает модели с нуля и выпускает флагманские версии в открытый доступ, тогда как Яндекс, как и МТС, Т-Банк и другие, в основном дообучают китайские базовые модели под свои задачи. Что изменится для обычных пользователей Рядовых россиян новыми ограничениями не напугать, ведь они уже живут в условиях изменившейся реальности. ChatGPT, Claude и Gemini в России официально недоступны без VPN. Долгое время исключением оставался DeepSeek – единственный из «большой пятерки» сервис, не блокировавший россиян. Но с марта по июнь 2026-го пользователи часто жаловались на сбои доступа без VPN, хотя Роскомнадзор блокировку не подтверждал. Решение Пекина не станет шоком: за последние пару лет россияне привыкли подстраиваться под ограничения международных ИИ-сервисов – переключаться на VPN, следить, какой сервис еще работает, держать в запасе альтернативы. Если ограничения затронут и Китай, для пользователей изменится не сам принцип, а его масштаб: точек входа, которые еще можно не обходить, останется просто меньше. Плюсы и минусы для России Возможные ограничения несут в себе не только неудобства, но и новые возможности. Это, по мнению экспертов, усиление аргумента в пользу инвестиций в отечественные разработки и шанс для российских моделей занять роль нейтральной альтернативы. Но это в долгосрочной перспективе. А вот сразу после введения ограничений можно ожидать роста издержек для бизнеса, привыкшего к бесплатным китайским моделям. Эксперты также обращают внимание на увеличение технологического разрыва и общую неопределенность, ведь формат и сроки будущих ограничений пока непонятны. Как считает Сергей Миневич, этот аргумент только усиливается, но для развития российского рынка ИИ нужны вычислительные мощности, данные и кадры. Александр Громов обращает внимание, что главный риск – не в текущей эксплуатации, а в будущем: если китайский open source постепенно станет проприетарным (закрытым для свободного использования), у российских компаний может не остаться времени, чтобы научиться делать собственные модели сопоставимого уровня. Тогда зависимость просто сместится – раньше она была в основном от США, теперь может добавиться и Китай, а внешние игроки сохранят технологическое преимущество. Сергей Миневич резюмирует: эпоха, когда можно было просто скачать лучшую открытую модель и пользоваться ею, подходит к концу – предпринимателям стоит уже сейчас думать, на каком ИИ-фундаменте будет работать их бизнес через год.